Еще раз о морской терминологии

С ростом специализации флота и развитием коммерческих отношений появляется все большее количество новых понятий, для которых требуется новая терминология. Однако в правильности выбора тех или иных коммерческих слов, наименований типов судов иногда приходится сомневаться. Очевидно, этим объясняется интерес моряков к проблемам унификации морской терминологии. За последние 10 лет на страницах журнала несколько раз поднимались эти вопросы, вновь к ним обратился О. Румынский в статье "Ло-ло" и другие" ("МФ", № 3, 1981).
С некоторыми положениями О. Румынского не согласен Д. Эфишев в статье "Вертикаллер" и другие" ("МФ", N5 9, 1981). В многочисленных письмах, присланных в редакцию, моряки делают замечания относительно некоторых положений статей О. Румынского и Д. Эфишева, дополняют их и дают предложения, как лучше назвать суда тех или иных типов.
Несколько пессимистически звучат в письме капитана дальнего плавания Г. Каймашникова слова о том, что "мы не лингвисты и не сможем досконально доказать нелепость и ненужность многих морских терминов", тем не менее нельзя не согласиться с его предложением "беречь русскую речь, оберегать – от засорения ее иностранными, иногда нелепыми словечками, затуманивающими смысл этой речи – наша общая задача".
Исходя из этой общей задачи попытаемся сначала разобраться, как появились и утверждались в словарном запасе русского языка наименования судов некоторых типов: "ледокол", "атомоход", "газовоз" и др.
Принцип образования этих слов один и тот же – соединение двух корней гласной буквой "о". Это ли не пример (с точки зрения русского языка) продуктивной формы словообразования? Именно из-за простоты возникновения нового слова такие наименования ярко выражают основную функцию данного типа судна.
В то же время эти термины содержат смысловое различие: "ледокол" – означает то, что делает судно для своего движения; "атомоход"-род двигателя, создающего движение; "газовоз" -род груза, который судно перевозит. Если же попытаться дать наименование судну исходя из способа его загрузки (вертикального, горизонтального и т. д.), тогда могут появиться слова типа "вертикаллер", "гориэонталлер", как предлагает О. Румынский. Но какую смысловую нагрузку несут такие определения? Можно назвать десятки типов судов (лесовозы, контейиеровозы, рефрижераторные суда и т.. д.), относящихся к разряду "вертикаллеров", но основную функцию судна за этим не увидеть.
Моряки беспокоятся о чистоте морской терминологии. Так, за обыкновенными "горизонталлерами" видны желания авторов избежать длинных определений типа "судно с горизонтальным способом погрузки". Стремление в краткой форме выразить наибольшее содержание и использовать ранее приведенный способ образования новых слов привело к появлению таких наименований типов судов, как контейиеровоз, лихтеровоз, лесовоз, теплоход, турбоход, электроход и т. д.
Некоторые из подобных слов надежно вошли в состав морской терминологии, другие – неустойчиво. Едва ли приживутся такие слова, как "суховоз" (сухогрузное судно), "унисуховози (универсальное сухогрузное), "хладовоз" (рефрижераторное), "массовоз" (судно для перевозки массовых грузов), предложенные инженером И. Перестюком. Есть основания сомневаться в их жизненности, поскольку они не полиостью характеризуют основное целевое назначение судна. Например, для рефрижераторного судна – перевозка скоропортящихся продуктов в холодильных камерах, а не "возить холод". Возможно здесь уместнее было бы сказать "продуктовоз".
Имеется и другой путь словообразования – заимствование из иностранной литературы. Он требует большой осторожности в выборе слов. Хотя инженер-эксплуатационник Н. Совбетов в своем письме высказывает мнение в пользу терминов, образованных от сокращенных английских слов, очевидно, трудно с ним согласиться. О чем же могут поведать такие наименования судов, как "ро-ро", "ло-ло", "бо-ро", "фо-фо" и др.? Может быть, в разговорной речи и неплохо "щегольнуть": "Капитан Иванов работает на "фо-фо", но в словаре русского языка такое "фо-фо" вряд ли найдет место. Именно поэтому, наверное, закрепляется другая форма словообразования по образцу устоявшегося в языке названия "танкер". Это – "ролкер", "балкер", "балк-танкер".
С точки зрения чистоты русской морской терминологии возможно было бы дать им такие эквиваленты: "накатник", "рудовоз", "нефтерудовоз". Однако по разным причинам они не находят широкого применения. Слово "накатник", как и "горизонталлер", выражает только способ погрузки, а не основное назначение судна. Вдобавок, возникает аналогия с профессией "накатчик". И в этом отношении, очевидно, прав Д. Эфишев, когда он иронизирует над названием судов типа "Стахановец Котов" – "притопаллер", "погружаллер". Слова "рудовоз" и "нефтерудовоз" еще конкурируют с "балкером" и "балктанкером", но в последние годы все более употребимыми становятся последние термины. Они хорошо укладываются в ряд: танкер, балкер, балктанкер, ролкер. "Балкер" и "ролкер" прочно вошли в язык работников морского транспорта, они признаны органами ЮНКТАД и используются ими в документах на русском языке. Нелепыми кажутся сейчас попытки отдельных научных работников "изгнать" эти слова из морского лексикона. Все эти обстоятельства и мнение моряков должны быть учтены при разработке терминологических ГОСТов – основных документов, регламентирующих употребление терминов.
Многовариантность одного понятия вносит в речь путаницу, поэтому необходимо как можно скорее закрепить ГОСТом наиболее подходящий (образованный по нормам русского языка и проверенный временем, морской общественностью) термин. Большую неразбериху вносит терминология, принятая ГОСТом, но идущая вразрез с терминологией, уже вошедшей во многие нормативные документы и справочники, о чем говорилось в статье О. Румынского.
Значительно тяжелее обстоит дело, когда ГОСТом узаконивается терминология, не прошедшая испытания временем, не вынесенная на суд морской общественности, которая часто отбирает наиболее созвучные, согласованные с нормами русского языка, слова, ревниво стоит на страже чистоты морской терминологии.

Эта статья была опубликована в журнале "Морской флот" № 3, 1981